Место: г. Чистополь

Респондент: (АВ) Александр Владимирович Паньков, зам. Директора по учебно-научной работе Чистопольского филиала Казанского инновационного ун-та

Интервьюер: (АО) Алена Олеговна Гуськова

 

АО: Дайте, пожалуйста, свой комментарий следующему утверждению. В последнее время ученые приходят к выводу, что этот секулярный мир (отделенное общество секулярное от религиозного) приходит теперь к изменениям и люди возвращаются к религиозности, к традиционным религиям. Как Вы можете охарактеризовать данную ситуацию в Татарстане?

АВ: Здесь мнение неоднозначное, по возвращению к религиозности. Дело в том, что если мы будем с Вами смотреть на возраст людей старше 20-30 лет, то здесь можно сказать, что люди уже вполне со сформировавшимися устоями, они, безусловно, близятся к духовному обществу и заметно влияние. В том числе и православных христиан. А если рассматривать молодежь, вот которые закончили школу и пошли обучаться в вуз – я бы сказал, что среди них не так явно выражено приобщение к духовности и в основном, если общаться с ними, то они приверженцы атеизма.

АО: Как Вы считаете, какие религиозные мероприятия самые важные, вот каждый должен поучаствовать?

АВ: В православии есть обязательные важные праздники, в которых, как считается, важно принять участие именно всей семьей, они имеют глубокие традиции, глубокие корни, начиная с Пасхи – даже дети плохо понимая истоки происхождения праздника, особенно вот малыши, но им это очень нравится, они прямо вот окунаются в процесс подготовки к празднику и непосредственно в само действие праздинка. И когда начинают взрослеть – они, возможно, начинают более осмысленно подходить к сохранению традиций и вероисповедания. Особенно это приобщение на ранней стадии в виде каких-то обрядов, оно помогает им легче прийти в религиозности.

Очень помогает массовое действие, допустим, крестный ход. Когда, допустим, если населенный пункт не очень большой (если большой, это может быть не так значимо), если не большой – стараются провести крестный ход и может так получиться, что большая часть населения охватывается. И если человек буквально только впервые принимает участие, может быть не очень понятно. Но, совершая обряд, начинается общение, и люди начинают более-менее знакомиться с истоками происхождения. То есть, то, что вот не давно было – Святой Троицы, это позволяет больше приобщить и больше распространить, смысл довести именно, истоки православия.

АО: Как Вы считаете, здесь, в Чистополе хватает инфраструктуры, мест для проведения мероприятий?

АВ: Мест для проведения мероприятий здесь, если мы просто говорим про центры духовные – то есть церковь либо собор, то они имеются, они функционируют, доступ к ним открыт. Понятно, что собор – это более значимые праздники, а церковь – это более постоянно. Вот недавно благодаря усилию депутата Смыкова В.В. у нас открылась новая церковь Умиления. То есть идет расширение центров духовности по православию.

Но вот мне очень отрадно, что у нас начинает открываться центр духовной молодежи. Там начинается возрождение, то, что было как бы при церковной власти, т.н. Рождественский бал. Вот эти светские мероприятия как раз именно дают больше возможностей прикоснуться непосредственно к обрядам, идет непосредственно та задача просвещения, чем церковь всегда и занималась. И отрадно сказать, что в православном центре духовной молодежи создана комната для мусульман.

Вот это взаимодействие – мне кажется, что это правильное направление, которое помогает общаться.

АО: Каково Ваше участие в православной жизни в Чистополе, может быть, вообще в Татарстане?

АВ: Тут сказать, что прямо являюсь идеологом не совсем правильно. У меня вот двое детей. Сын у меня старший – он у меня атеист. Я с ним общаюсь этому поводу [смеется], он говорит, что он ярый приверженец атеизма и это его правильная позиция. А дочка наоборот она более легковосприимчивая, она больше придерживается традиций, старается соблюдать, иногда даже пост пытается держать.

Мое лично участие – если у нас имеются проекты, связанные с духовной жизнью, с просвещением именно – мы всегда стараемся их поддержать.

В этом году у нас проходила конференция, посвященная 200-летию архимандрита Палладия. Это, можно сказать, единственный человек. Который дважды возглавлял духовную миссию в Пекине. То есть, там было за всю историю… 20 раз менялся руководитель, он возглавлял дважды. Он считается уроженцем Чистопольского уезда. И мы считаем очень важным заниматься именно просветительской деятельностью. И что хочется сказать. Есть мнение, что… Россия стала слабой из-за того, что не что-то изменилось, а просто у нас происходит разрыв с историей. Можно как-то переиначить, сказать, что вот так было, а на самом деле все противоречит. Эти непонятные тенденции, которые у нас в последнее время очень ярко начинаются – они нас смущают. В том числе и молодежь, они начинают верить во все эти, грубо говоря, сказки, а они воспринимают за чистую монету и нас тоже это с толку сбивает.

АО: Вы постоянно здесь живете, да? Или в Казань приезжаете тоже?

АВ: По работе в Казани я бываю часто на мероприятиях, а вот в связи с работой приходилось месяц или два находиться в Альметьевске. У нас на работе так устроено, по работе есть филиал в Альметьевске, ну вот приходится иногда выезжать, там работать.

АО: Вопрос к тому, как Вы чувствуете здесь руководство епархией, местной митрополией как здесь проявляется какая-то специфика?

АВ: К сожалению, я здесь мало взаимодействую с митрополией, в других городах нашей республики… Я сам родился в городе Елабуге, я здесь не коренной житель, но разница существует. В основном все зависит от руководителя. У нас вот есть епископ Пармен, является епископом Чистопольским и Нижнекамским, происходят усиления. Как я уже говорил – духовный центр для молодежи строится новый (по-моему, при Пармене у нас, Умиления…) Происходит вот эта активная работа. Но сказать, что она прямо ведущей является в Республике Татарстан – нельзя. В последний раз, когда общались – допустим, у нас привозят мощи святого… Количество людей, которые могут об этом узнать – ограничено. Вот у нас есть такой популярный блог, там больше 50 тысяч подписчиков. Неужели нельзя вот разместить новость, что будет вот это вот взаимодействие. То есть оно как бы вот происходит, но есть такие моменты, которые обычным людям, которые каждый день пользуются и смотрят – они просто не получают эту информацию. И эта работа получается узкая и не расширяется. Ряд моментов. Допустим, те же самые научные исследования. Те же самые приобщения к науке. Ведь ученые звания, которые получают духовные лица – они не приравниваются к ученым званиям, которых придерживается Министерство образования РФ. То есть они не идентичны. И хотелось бы, чтобы было взаимное участие, поскольку это бы дало обоим вклад в развитие.

АО: Как выстроен контакт с государственной властью у местных религиозных объединений православных?

АВ: У местных православных у нас в Чистопольстком исполкоме имеется замглавы, который курирует этот вопрос. То есть, есть диаспоры, помимо православной, которые, грубо говоря…чувашская, армянская… есть встречи. У мусульман есть Навруз, кстати говоря, праздник. У нас с главой есть встречи, составляется план. Есть план работы со школами, не только по школам, по учебным заведениям ходят, общаются, по-моему, это где-то два раза в год происходит.

АО: Как Вы думаете, касательно православного христианства здесь, есть ли еще какие-то вопросы, которые может решить только власть, но пока не удается?

АВ: Ну, этот вопрос, он является острым, поскольку он сильно зависит от финансирования. Возможности власти, как оно так громко и звучит – они могут быть весьма ограниченными. Взять, допустим, соседние крупные города – то у них есть Дом дружбы народов. То есть это здание, где находится. У нас Дом дружбы народов как здание, в силу того, что Чистопольский район является дотационным, то есть финансирование здесь ограничено, у нас этого здания нет. Было… ну, есть ответственное лицо, которое занимается этого работой, но поскольку нет постоянного места и постоянных представителей, то работа она основывается вот только при личных встречах. Этот момент, он существует. То есть дом дружбы народов – это острый вопрос, и если бы он существовал и функционировал как здание, в котором бы постоянно находились люди, то было бы несколько проще.

Еще раз повторюсь, возможно этот дом духовной молодежи сможет как-то изменить ситуацию, возможно, там что-то будет происходить. Потому что если вот Дом дружбы народов существует, то вот на эти же праздники, то же самое, масленица, они уже готовят мероприятия совместно с отделом культуры работают. А когда этого контингента нет, людей нет, то приходится как-то состыковываться, а у них свой план работы. Это же общая загруженность, а если человек не настроен на эту работу, то и в меру сил, как говорится.

Но по православию имеется, например, казачье сообщество. У нас, допустим, в Алексеевском районе они хорошо представлены. Есть Алексеевские перезвоны и там активно (это начало июня, как всегда) происходит традиционно у них уже, по-моему, десятый раз или более – они там выступают, знакомят со своей культурой.

Или, допустим, Нижнекамский район – там тоже казачье общество существует и происходят встречи. В Спасском, Болгарском, по-моему, у них тоже существует объединение. У нас казачье сообщество есть, но так, что как-то они станицей стояли, каким-то вот обособленным местом, чтоб потом можно было вот с культурой, с бытом… — этого не существует. А когда приезжаешь в Алексеевский район, когда с ними общаешься, они говорят: «везде казачьи корни прослеживаются, даже у вас можем найти» [смеется]

АО: Понятно. Что Вы можете сказать насчет религиозного образования для православных христиан здесь, может вообще в республике?

АВ: Вопрос образования мы тут немножко затронули. Дело в том, что образование, которое получают в Духовной семинарии – оно не приравнивается к образованию, которое дается в системе образования, курируемой Министерством образования РФ или РТ. Допустим, в Чистополе существует воскресная школа. Но выдать документ об образовании они не могут. Регламентировать свою деятельность в соответствии с законодательством в системе образования они тоже, соответственно, не могут. Вот, допустим, он (духовное лицо) ведет занятия, он получил образование в Духовной семинарии. А чтобы ему вести образование, ему надо учиться еще на педагога. Ему одного образования недостаточно. И программу, которую он будет вести, ему нужно будет составлять в соответствии с законодательством об образовании РТ РФ. То есть, говорить о том, что образования не существует – это не соответствует действительности. А определить уровень, на котором оно действует – это составляет такую проблему, что надо сначала определить – мы будем с точки зрения духовенства смотреть или мы будем смотреть с точки зрения законодательства об образовании, то, что регламентируется нормативной деятельностью. И вот это вот раздвоение, вот этот вот расхождение – оно нас ставит несколько в тупик.

Ведь в обычную школу зайти и проводить занятия – это, по-моему, является даже нарушением закона об образовании. Нужно, чтобы была отдельная структура, и чтобы у них было соответствие с законом об образовании и привлекать туда детей. Как правило, там занимаются дети, у которых непосредственно родители уже участвуют во всех мероприятиях, поддерживают праздники. Конечно, это не очень большое количество. Но отрадно, что с каждым годом это количество растет. Но сказать, что здесь нет проблем – это не совсем так. Если бы была программа, рекомендованная на уровне Министерства образования РФ, допустим, уроки в начальных классах, они рекомендуются по программе. Там расписаны примерно вот эти занятия. Если бы такая программа была, я думаю, это намного бы облегчило работу здесь, на месте. Если бы у человека этот документ бы был, он бы сказал, что вот эта часть – она замечательная, а здесь есть небольшие, значит, в Чистополе, допустим, надо побольше внимания уделить. Тогда людям было бы проще работать и больше времени уходило бы непосредственно на занятия с детьми, нежели на то, чтобы подумать, как бы что здесь не нарушить.

АО: Как Вы думаете, те, кто закончили образовательное учреждение, скажем, получили религиозное образование здесь, какие у них перспективы?

АВ: Религиозное образование – имеется ввиду воскресную школу или – что именно?

АО: Духовную Академию.

АВ: Духовную Академию, их профессиональная деятельность будет связана с представительством духовенства, отдельно перспективы карьеры у них, скорее всего, не будет, поскольку их образование не оценивается работодателем. И работодатель у них, скорее всего, будет один – это духовенство. И их вся деятельность будет определяться в этом русле. Поскольку здесь взаимодействие строго в правовом поле находится. Если диплом не признается, считается недействительным, не принимается за образование, то уровень квалификации специалиста будет оцениваться скорее всего таким образом. В духовенстве противоположно, там будет оцениваться и признаваться вполне определенная деятельность.

Не секрет, что многие молодые представители, которые приходят в духовенство – они имеют уже высшее образование и они продолжают обучение, поскольку у них есть потребность в образовании именно в духовной семинарии. Этот момент существует точно – имея образование светское, его точно недостаточно, потому что эти вопросы просто не рассматриваются.

АО: Понятно. И как Вы думаете, вот христианская теология, православная теология – как поспособствовать ее развитию сейчас, чтобы были новые яркие имена, чтобы появлялись какие-то новые направления?

АВ: Очень хороший пример – это недавно было событие, выступление Тесля было. Это очень яркий представитель научного общества, который презентовал свое выступление в Казанском инновационном университете в Казани и в общественном месте, по-моему, это называется «Культурны центр «Смена», по-моему, это было. Вот эти мероприятия, когда происходит непосредственное общение, когда аудитория заинтересована в выступлении, когда интерес не пропадает в течение часа – это показывает, что собрались люди, интересующиеся вопросами, им это интересно, они открывают для себя что-то новое. Вот эти мероприятия позволили бы намного расширить представление о духовном мире. Потому что, что вы почитаете просто из литературы, а что вы почерпнете из живого общения с человеком, который занимается только этой проблемой, я думаю, намного сможет расширить не просто кругозор, но и во многом укрепить позиции просветительской деятельности.

АО: И последний вопрос – как Вы можете охарактеризовать взаимоотношения между разными религиями, представителями разных религий и конфессий здесь в городе и вообще в республике?

АВ: Здесь у меня очень неоднозначное мнение. Поскольку Республика Татарстан всегда позиционирует, что у нас все хорошо, все замечательно, хорошо, это в действительности так. Но если посмотреть, что происходит в селах гораздо меньших, чем Чистополь, то, я думаю, есть малая толика нового представления, как происходит служба непосредственно там. Я думаю, духовенству не только православному, но и мусульманскому было бы интересно, как происходит. Потому что не могу сказать, но у меня знакомый мусульманин, его пригласили родственники на праздник, на «службу». Он не является ярым представителем верования, просто ему было интересно. Он в других крупных мероприятиях в крупных городах участвовал… У него исторический склад ума, ему просто интересно для общего развития. Когда он зашел на «службу», в первые 15 минут он понял, что ему там больше находиться не надо. Там идет пропаганда не того, что является канонами мусульманства. Вот эти вот искажения – они могут присутствовать. И отследить их, я думаю, большая проблема.

Я думаю, это не только проблема в мусульманстве – это, может быть, проблема и в православии. Поскольку если мы говорим о том, что в школах и где-то еще – это общественное место, там всегда это на виду, это всегда заметно. А контроль того, что может быть в мелких населенных пунктах, я думаю, это очень актуальный вопрос, и если там происходит негативная реакция, я думаю, она катастрофически распространяется. То есть, если, грубо говоря, маленькая деревня здесь находится и там происходит отторжение, отхождение от церкви среди населения в связи с неправильным толкованием – то это на соседей очень быстро распространяется. То есть те, у кого искренняя вера, они просто знают, что им нужно прийти, поставить свечку за упокой и прочее, прочее, а нет именно просвещения, именно обращения к духовности – того, чем, в моем понимании, церковь и должна заниматься. И занимается уже много веков. И вот эти искажения найти и определить на данный момент достаточно сложно, но вопрос это очень важный. Стоит обращать на него внимание. Потому что если, допустим, у нас в Чистополе имеется епископ Пармен – то он контролирует то, что здесь находится. А посмотреть, что находится на ближайшем селе – это мне интересно.

АО: Есть какие-то в городе проекты общения представителей разных религий?

АВ: Как сказать, из личного общения с Парменом – у него был уникальный опыт. Он еще когда учился в Духовной семинарии, на юге учился, в Краснодарском крае, если мне память не изменяет, у них были представители из Африки. Ну и, естественно, они все люди духовные. Мы, говорит, как подружились? В футбол, говорит, мы играли. Вот у нас был интерес – на лимонад или на квас мы играли. Этот опыт он перенес и здесь – были и товарищеские матчи, и вот эти, мероприятия, которые понятны светским людям, которые легко воспринимаются и все могут принять участие. Те же самые велопоходы, просто походы, вот эти общие, которые не затрагивают каких-то острых моментов, просто происходит обычное бытовое общение. Когда можете познакомиться, когда просто имеет значение человек как личность.

АО: Благодарю Вас за участие в нашем исследовании!

Источник новости: http://dialog-rt.ru/aleksandr-pankov.html